Фестиваль Burning Man

«Мероприятие — огонь!» — вот уж когда действительно можно использовать это сленговое восклицание, так это при разговоре о фестивале Burning Man. Ежегодное событие, когда в пустыне штата Невада вырастает целый город — столица социального единения, искусства, самовыражения и веры в себя. Журналу Live Communication представилась уникальная возможность побеседовать с директором фестиваля, Мариан Годел, настоящим «горящим» пассионарием своего проекта. И мы искренне благодарны Мариан за эту встречу.

Все началось в 1986 году, верно? В чем была изначальная идея события и как она развивалась со временем?

Изначально не планировалось что-то массовое, это была личная инициатива Ларри Харви.Он тогда был увлечен идеей жизни для любви. Вместе с другом они решили сложить на пляже деревянную фигуру человека и сжечь ее. Все произошло июньским вечером 1986 года. Вокруг собрались люди, и это немного смутило друзей. Но потом, в 1990 году, они решили повторить. Зрителей было так много, что власти запретили устраивать что-то подобное еще раз. Пришло 600 человек. Тогда они решили ехать в пустыню, шесть часов на машине. Позвали друзей, всего было около 80 человек. Взяли с собой разные вещи, чтобы поездка получилась творческой. Оделись в костюмы, перед сожжением устроили вечеринку с коктейлями. Почти как пикник, только побольше. С каждым годом съезжалось все больше людей. Они создавали более развитую инфраструктуру и учились организованно помогать друг другу, чтобы фестиваль мог проходить снова и снова.

Не было ли трудно получить разрешение на организацию фестиваля в пустыне?

Если бы мы начинали сейчас, сразу с 75 000 человек, было бы очень трудно. Но мы взрослели постепенно, и фестиваль рос и развивался вместе с нами. Мы исправляли свои ошибки, и со временем нам начали доверять. Но было нелегко.

Расскажите о главных принципах мероприятия.

Наш замысел — дать людям возможность собраться вместе без всякой коммерческой цели. Зная это, полагаешься только на себя и собственный опыт. И заводишь множество отличных знакомств. Мы сформулировали десять принципов, открыли их для себя в процессе. Они как бы философские, аналитические. Этот список почти как памятка, которая со временем дополнялась. И среди его пунктов есть, например, радикальное самовыражение и радикальная самодостаточность. Они особенно важны, потому что мы собираемся в пустыне. Для нас принципиально, чтобы каждый мог сам о себе позаботиться. С другой стороны, это общественное начинание, и каждый за что-то отвечает. Поэтому нам очень нужны люди, готовые быть волонтерами, и мы надеемся, что сообщество сможет само себя поддерживать.

Но по-настоящему уникальным фестиваль делает закон одаривания людей, решивших стать «поджигателями». Потому что подарок — это возможность выразить себя. И когда даришь что-то, ничего не просишь взамен.

Еще один принцип, который многих сбивает с толку, — декоммодификация, свобода от рыночного потребления. Декоммодификация — это когда нельзя продать символ «горящего человека» и впечатления. Мы не торгуем впечатлениями, вы сами за них отвечаете — это главное правило.

Мариан Годел, директор фестиваля

Что вдохновляет людей на ежегодное посещение фестиваля Burning Man?

В обычной жизни мы держимся довольно обособленно: ходим на работу, у нас есть близкие и друзья. Мы покупаем вещи, заключаем сделки, пользуемся созданными обществом инструментами. Но на Burning Man приходится забыть о сотовом и деньгах — и помнить о природных условиях. Это заставляет обратиться к себе настоящему и довериться другим людям. Вы лишаетесь всего, избавляетесь от своих страхов и гораздо острее чувствуете единение с окружающими. Многое из того, что вас сдерживало, перестает существовать, вам гораздо проще открыться для любви. И когда человек погружается в атмосферу, которая сближает его с собой настоящим и с другими людьми, ощущения просто невероятные. Те, кто однажды побывал на Burning Man, хотят вернуться туда снова.

Это похоже на современную культуру хиппи?

Да, мы чем-то похожи на хиппи.

Как появилась традиция делать акцент на необычном и творческом? Участники соревнуются друг с другом в креативности?

1,2 миллиона долларов США мы раздаем тем, кто хочет воплотить свои художественные замыслы. Около 300 человек подают заявки, мы отбираем 120, чьи проекты рассматриваем более подробно, и около 70 из них получают разные суммы, от 500 до 50 000 долларов, благодаря которым могут создать свои произведения искусства. Но это не конкурс. Получив деньги, художник тратит их на создание арт-объекта, и его единственная награда — эмоции других участников. Работы не подписаны, нет никаких табличек. Иногда люди узнают произведение, потому что уже знакомы с художником, а иногда создатель ждет, когда кто-нибудь заинтересуется. И это здорово, понимаете?

Наши правила — это радикальная вовлеченность, дарение, декоммодификация, радикальная вера в себя, радикальное самовыражение, совместные усилия, гражданская ответственность, бесследное исчезновение, участие и жизнь здесь и сейчас.

Кто участвует в фестивале?

Средний возраст — 30–40 лет. В эту категорию попадает больше 60% участников, и это замечательно. Это отличает нас от обычных европейских фестивалей, где, наверно, как минимум половина посетителей 20–30-летние. Мне кажется, в нашем случае более 20% людей старше 50, это впечатляющие цифры. У нас можно увидеть представителей разных поколений, много родителей, которые нередко приезжают со своими детьми-подростками. А еще они из разных уголков мира. Каждый год приезжают люди как минимум из 40 стран, американцев около 20%.

Наши правила — это радикальная вовлеченность, дарение, декоммодификация, радикальная вера в себя, радикальное самовыражение, совместные усилия, гражданская ответственность, бесследное исчезновение, участие и жизнь здесь и сейчас.

Должно быть, непросто расположить 70 000 участников на одной площадке (в вашем случае — в пустыне), не создавая тесноты и беспорядка. Как выглядит организация пространства изнутри?

В сущности, это как строительство города. То, что площадка похожа на настоящий город, отличает нас от других фестивалей, где обычно есть сцена и палаточный городок. С нашей точки зрения, самая важная зона в городе — «жилой район», и в нем мы организуем тематические лагеря, на которые приходится 30–40% всей площади палаточных лагерей.

Чтобы забронировать место, нужно до конца апреля подать заявку с описанием своей идеи.

Каждый тематический лагерь выглядит по-своему. Например, вы хотите создать лагерь для любителей шахмат и поставить в нем шахматные столы. Вы пишете об этом организаторам, рассказываете, каким будет ваш шахматный лагерь, сколько для него нужно места, сколько участников ожидается. Можно сделать что-то связанное с танцами, музыкой или даже обучением. В общем, если вы хотите реализовать какой-нибудь замысел, для этого выделят особое пространство. У нас также есть особая категория общественных деятелей, которые следят за соблюдением порядка и оказывают медицинскую помощь.

Их называют «рейнджерами». Они контролируют ситуацию на площадке, решают проблемы, помогают заблудившимся и так далее.

Строительство города начинается приблизительно за месяц до открытия. Мы осматриваемся, размечаем дороги на сухой земле, потому что в пустыне нет деревьев, нет никаких ориентиров. Примерно за две недели до открытия начинают собираться люди, идет строительство кафе, штаба для команды. Не бывает так, чтобы мы приехали или уехали за один день. К первому дню фестиваля на площадке уже находится около 30 000 человек. Многие уезжают вечером в воскресенье или в понедельник.

Как будет звучать тема фестиваля в этом году?

Тема августа нынешнего года — IRobot. Новую тему каждый раз придумывает Ларри, создатель Burning Man.

Почему фестиваль решили проводить в августе — это ведь, пожалуй, самый жаркий месяц в пустыне.

Это удобно, потому что выпадают несколько выходных подряд. В Америке первый понедельник сентября — официальный праздник, День труда.

Какова ваша маркетинговая и рекламная стратегия?

Я выделяю бюджет на связи с общественностью, но тема фестиваля и без того постоянно востребована. Я никогда не попрошу о публикации статьи или размещении объявления.

У нас есть свой блог и постоянно обновляющаяся страница в Facebook. В Сети мы собрали полтора миллиона лайков. Кроме того, собственные страницы в Facebook есть у многих тематических лагерей. И у наших единомышленников из разных стран.

Сколько человек в вашей команде и организационном комитете, сколько волонтеров?

У нас около ста сотрудников, занятых полностью или частично; помимо них мы задействуем 800 временных работников, помогающих нам в том или ином деле. В моей команде восемь руководителей: они отвечают за решение юридических вопросов, связи с общественностью, подготовку и проведение фестиваля. Я «дирижирую» всем мероприятием, направляю его изнутри. Волонтеров — 75 000.

Фестиваль финансируется за счет поступлений от продажи билетов и пожертвований? Каков приблизительный бюджет мероприятия?

Ежегодно на проведение мероприятия тратится в сумме 10–20 миллионов долларов.

Что входит в основные статьи расходов фестиваля?

Дороже всего устроителям Burning Man обходятся инфраструктура Блэк-Рок-Сити, оплата труда, услуги сторонних поставщиков и организационные вопросы. В 2010 году общая сумма расходов достигла 17,5 миллиона долларов. У нас нет спонсоров. Но есть налоги и сборы. Прибыль составляет 42 миллиона долларов, около 39 из них — от продажи билетов. Статья расходов номер один — сотрудники, это около 12 миллионов долларов. Затем идут фиксированные государственные платежи — порядка четырех миллионов долларов. Еще есть охрана порядка, оформление документации, организационная работа и так далее. В течение двух недель люди уезжают из временного города и уничтожают все следы. Группы из 20 человек ходят по территории и делают окончательную уборку. Они подбирают окурки, орешки. Каждый год мы рисуем карту «вещей не на своем месте» (MOOP, matter out of place), показывающую степень загрязненности территории. Группы всегда отслеживают свои координаты. Если группа проходит территорию лагеря быстро, то отмечает ее на карте зеленым, если приходится что-то подбирать — желтым, а если на земле остались заметные следы — красным. Так вот, с годами из красно-желтой карта превратилась в практически зеленую.

Сколько в среднем стоит посещение мероприятия одним человеком?

500 долларов должно хватить. С учетом еды и всего необходимого. Билет стоит 190 долларов. Но еще понадобятся велосипед, пища, вода, горючее и так далее.

С какими знаменитостями мы можем встретиться на вашем мероприятии?

Забавно, но обычно знаменитости предпочитают оставаться неузнанными, так им больше нравится. Вот, например, у нас в течение многих лет регулярно бывает актриса Сьюзан Сарандон, она работает над несколькими проектами в сфере искусства. У нас бывали Кэти Перри, Пэрис Хилтон, Пафф Дэдди. Мы не следим специально за тем, кто приезжает, ВИП-звезд у нас нет. У нас также бывает множество представителей бизнеса, например, Илон Маск посещает фестиваль каждый год.

Как выглядит ваша стратегия расширения географии Burning Man в международном масштабе?

Мероприятия, взявшие за основу концепцию Burning Man, соответствующие идеалам и духу фестиваля, сейчас проходят во многих штатах США и других странах мира, включая Австралию, Австрию, Францию, Израиль, Японию, Новую Зеландию, ЮАР и Украину. Думаю, что двумя новыми странами в нашем проекте станут ОАЭ и Индия.

Каково вам быть исполнительным директором такого популярного мероприятия? Какое влияние на вашу жизнь оказывает фестиваль Burning Man?

Очень интересно. Я исполнительный директор организации, которая занимается продюсированием этого мероприятия, ставшего собственным уникальным культурным событием. Я занимаюсь организацией деятельности около ста человек, и после мероприятия все наше сообщество знакомится с другими гостями, так что это событие обретает особый интерес по прошествии определенного времени.

Мариан, благодарю вас за разговор, и, надеюсь, до встречи в августе.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ В РУБРИКЕ out-of-context

Пиар того, чего еще нет: Пять шагов

Алёна Ванторина, руководитель PR-департамента консалтинговой группы «Полилог».