«Алло! Сколько ты стоишь?», или Введение в шоу-бизнес

Евгений Финкельштейн, владелец PMI Corporation.

Медиамагнат и гуру концертной индустрии Евгений Финкельштейн подарил российским зрителям сотни концертов. Владелец корпорации PMI привез в Россию Depeche Mode, Мадонну, Леди Гагу, Джастина Тимберлейка и других кумиров. В руках влиятельного бизнесмена самые рейтинговые радиостанции, промоутерское агентство, крупнейший билетёр страны и даже девелопмент. Все то, что вы не знали или боялись спросить, выяснила редакция Live Communication Magazine. Перед вами, пожалуй, самое честное интервью с ноткой иронии.

БЛИЦОПРОС

 

Имя и должность?

Женя, 45 лет, владелец PMI Corporation.

Самое яркое впечатление?

Я живу как одно яркое впечатление, отдельно их не запоминаю.

Вспомните событие, которое изменило вашу жизнь.

Вы знаете, «человек-эмоция» — история не про меня. К любому решению прихожу долго. Поэтому всё, что есть в моей жизни, — результат работы, а не поворотных моментов в биографии.

Вы сожалеете о чем-либо произошедшем в жизни?

Жалеть и зацикливаться на ошибках — удел неудачников. Ведь в любой ситуации всегда есть нечто положительное. Поэтому мой ответ — нет, я ни о чем не жалею.

Немного философии. Кем вы видите себя через 15 лет?

Через 15 лет я хочу заниматься… ничем. Отдыхать с семьей и получать эмоции. По-моему, отличный план на вторую половину жизни!

От чего вы никогда не откажетесь?

Сложно выбирать. Пожалуй, никогда не откажусь от родителей, детей и… хорошего вина!

А какие собственные черты вы будете счастливы видеть в своих детях?

Никакие. И мне не важно, какой путь они выберут: бизнесмена или геолога. Я просто хочу, чтобы они были счастливы!

Начнем сначала. Есть бизнес. Как им управлять?

 На самом деле существует всего три варианта управления бизнесом.
Первый: «Все дураки! Решения принимаю я».
Второй: «У меня хорошая команда, но глобальные решения принимаем вместе».
И третий вариант: «Будут проблемы — звоните!»

Я придерживаюсь третьего. К тому же невозможно вырастить профессионала, если не давать ему полную свободу действий. Человек учится работать только на своих ошибках! С другой стороны, важно помнить, что постсоветское мышление живо. Сознание сотрудников по-прежнему пропитано коррупцией, нежеланием работать, пробиваться с нуля. Загляните в Forbes — увидите ту же картину: в длинных списках олигархов всего пара людей, которые заработали свой капитал самостоятельно. Люди soft make, вроде Олега Тинькова, мне импонируют. Ведь создать бренд из ничего — заслуживает уважения.

Неужели не страшно выращивать лидеров внутри компании? Сотрудник уйдет, унесёт коммерческую информацию, станет очередным конкурентом на рынке.

 Так и происходит! Но грамотный руководитель просчитывает наперед возможные риски. Хотите преданный персонал? Дайте им спецусловия, определенный процент, поддерживайте их интерес к работе в компании. У нашего топ-менеджмента такой интерес есть.

Вопрос о насущном. Есть ли у вас проверенные антикризисные меры, позволяющие компании оставаться эффективной, несмотря на реалии российского бизнеса?

Я далеко не антикризисный менеджер. За столько кризисов я никогда не сокращал расходы, не увольнял людей. Сперва я начинаю избавляться от части неэффективного бизнеса.

Ведь выбора нет: либо ты приводишь бизнес в порядок, либо перестраиваешь свои собственные потребности, снижаешь себестоимость своей жизни. Поэтому лучшая антикризисная мера — экономить на себе.

Но кризис… (Задумался.) Хотел сказать, что рано или поздно он закончится, но это не так. Сейчас кризис мышления, а не экономики.

Вернемся к структуре PMI. Деятельность компании совмещает диаметрально противоположные направления: радио, концертная деятельность, девелопмент, билетный оператор. На что делаете больший упор?

Множество этих направлений на самом деле плоды собственной глупости. Искренне убежден, что не стоит браться за то, в чем ты не разбираешься. Поэтому я стараюсь отойти от девелопмента и не браться за непрофильные активы. Сейчас мое внимание сосредоточено на конкретном бизнесе, который я лично понимаю: реклама, промоутерская деятельность, «Кассир.ру». Плохо или хорошо, но «Кассир» — крупнейший билетный оператор Восточной Европы, а также самая крупная сеть страны и по объему рынка, и по общей выручке.

Забыли упомянуть, что недавно ваша компания стала победителем в международной премии Ticketing Technology Awards 2016. С чем вас и поздравляю! Но напрашивается вопрос: такой успех — результат стратегии или же удачное стечение обстоятельств?

Скорее, логичное поведение бизнесмена. Строишь компанию — делай замкнутый цикл. А дальше дело техники, ведь рынок не резиновый.

В Петербурге сейчас компанию не построишь, это надо понимать. Но кого это волнует?! Каждая площадка или мелкий промоутер считает своим долгом продавать билеты. Всему виной одна большая проблема — наши люди не умеют считать! Просчитали бы свои доходы — поняли бы, что заработки минимальны. Владельцев греет мнимое чувство, что они с кем-то конкурируют, что-то зарабатывают. Но в 90 % случаев их бизнес — сплошной бег на месте.

А как дела обстоят с промоутерской деятельностью?

Это опасный бизнес. Но он всегда в фокусе моего внимания. Честно сказать, не помню, чтобы с концертов Тимберлейка или Мадонны удавалось зарабатывать. Обычно мне приходится инвестировать в крупные проекты. А иллюзия прибыльности возникает у тех, кто любит считать чужие деньги. Поймите, промоутерская сфера — бизнес рискованный, не приносящий корпорациям безумных денег. Но игра того стоит. Ты получаешь пиар и шанс на бизнес замкнутого цикла. В целом на этом и строится политика PMI.

Сегодня я сосредоточен на том деле, в котором я профессионал.

Хотите быть лидером — отбросьте лишнее. Выбора нет. Не согласны?! Значит, ваш бизнес уже неэффективен.

Каким образом удается держать руку на пульсе? Есть ли у вас четкие принципы управления?

Я плохо управляю. Будем честны.

За вас это делают топ-менеджеры?

Ими тоже надо управлять. Если бы я делал это, то не зависел бы от кризисов. А я — лентяй. Поэтому на вопрос, доволен ли я своей работой, отвечу: нет, не доволен.

Существует единственная оценка эффективности управления — смотри табло! Если PMI Development не стоит в строчке лидеров рынка, то говорить не о чем. Зато все знают Финкельштейна как организатора концертов. Пусть так и будет!

Ваш стаж в промоутерской деятельности — 20 лет. Вы видели ее зачатие и развитие. Каково состояние индустрии сегодня?

Этот рынок умирает.

В России?

В целом. Объясню. Его убивает современность: интернет, компьютерные игры, новые кумиры. В 60─80-е годы люди жили музыкой, а сейчас они живут танчиками и общаются в Facebook. Статистика показывает, что люди тратят больше времени на посещение порносайтов, чем на прослушивание сингла любимого певца. Поэтому, чтобы стать популярным артистом завтра, нужно пройти семь кругов ада сегодня. Формат диктует все! Признаюсь, я пытался заниматься продюсированием, но это, мягко говоря, очень тяжело.

Давно не помню, чтобы артисты собирали целые стадионы, как Deep Purple или Depeche Mode. Из наших на ум приходят «Баста» и «Ленинград». Но они и пробиваются по-другому. Для остальных все только начинается.

А как же западные артисты?

На Западе другая емкость рынка и денег. Там есть кумиры, но кто они? Молодые группы и артисты, рассчитанные на узкую возрастную категорию. Это выстрел, не более того. С Европой и Америкой у нас абсолютно разное понимание индустрии. Иногда представления пересекаются, но живут абсолютно разной жизнью.

Каким образом происходит выбор артистов, которых вы привозите?

Существует гастрольный график артистов, на него и опираешься. Я не могу зайти в магазин и сказать, что хочу привезти Джей-Зи или Тимберлейка.

Только в России работает система: «Алло! Сколько ты стоишь? Отлично! Приезжай!». На Западе все иначе. Сначала пишется альбом, потом уже планируется график тура.

Насколько сложнее стало работать с артистами?

Работать с артистами стало гораздо сложнее, так как это стало в разы дороже. Объясню почему. Раньше артисты не любили давать концерты, потому что вся доходная часть шла к ним от продажи дисков и пластинок. С прогрессом единственной доходной частью стали концерты. Раньше ехали в тур для поддержания альбома и имиджа, сейчас — на заработки. Поэтому стоимость артистов выросла в разы.

В таком случае чего ждать от самих шоу? Как скоро мы будем одевать очки и погружаться в реальность, где артисту даже на сцену не придется выходить?

 Такого не случится. Я абсолютно не верю в 3D-мэппинг в данной сфере. Причина одна. Самое главное для артиста — наличие харизмы, умение работать с залом. Всегда и всем ставлю в пример Бориса Моисеева. Артист уникальный, потому что ни петь, ни танцевать он давно не может, но каждого погружает в состояние эйфории! Это титанический труд.

В индустрии множество артистов, кому откровенно не хватает энергетики и харизмы. И зачастую талант продюсера творит чудеса. Но как ни крути, на первый план выходит качество исполнения. Отсутствует вокал — делай шоу.

Продолжая тему, задам вопрос: что мешает нашим артистам делать такие же грандиозные шоу, как на Западе? Все ли дело в деньгах?

Отчасти да. Качественный продакшен — это большие вложения. К тому же у нас нет практики полноценного гастрольного тура, когда едет артист, а за ним — тонны техники и вся арт-группа. Хотя не все так печально. Пример тому — гастрольный тур Земфиры, который стал прорывом в индустрии. Система работы чистой воды европейская. И наши артисты начинают приходить к тому же. Приезжать в очередной город, отыгрывать концерт в облупившемся зале на фоне черного задника — уже не вариант. Технологии и продакшен — тенденции будущего.

Сегодня только ленивый не обсуждает возможные последствия законопроекта о СРО. Какова вероятность его принятия и что в таком случае всем ожидать?

Его примут. Катастрофы в этом нет. Во-первых, существует ответственность промоутеров перед людьми, которую никто не контролирует. В индустрию приходят неизвестные люди, открывают однодневные компании, не проводят обещанные концерты и не возвращают людям деньги. Подобные махинации убивают индустрию. Во-вторых, не являясь членом СРО, ты не можешь участвовать в тендерах. За 20 лет концертной деятельности я не выиграл ни одного тендера ни в районе, ни в городе, ни в регионе. Так что у закона есть и плюсы. Годовые взносы вполне подъемные — 50─70 тысяч рублей, то есть по 5 тысяч рублей в месяц. Поэтому поводов для паники не вижу.

В начале беседы мы затронули тему кадров. В связи с чем вопрос: насколько остро стоят кадровые проблемы? Тяжело ли найти профессионалов?

Профессионалов нет. Потому что у индустрии не было истории. Мы не скопили знания, за нашими плечами нет километров пройденного пути. Мы учимся и тут же переучиваемся. Всё сами, всё на своем опыте.

Тогда чем объясните тот факт, что вы с завидным постоянством являетесь спикером на разных образовательных форумах? Желанием ли поднять уровень профессионализма в индустрии?

Не думаю. Меня просто уговаривают. А я, безвольный человек, соглашаюсь.

И все же, у кого и где учиться?

Этому нельзя научить. Давайте серьезно, какие азы шоу-бизнеса можно преподать? Как составлять сметы и выполнять все пункты райдера? Я ни разу не видел профессиональных школ шоу-бизнеса или билетного хозяйства. Подобное практикуют на Западе, но даже там это в зачатке. Да и как мы можем кого-то учить, когда сами ничего не понимаем, сами учимся каждый день?!

90 % молодых людей хотят попасть в музыкальную индустрию. Я бы на их месте хотел попасть в нефть или газ.

Как-то по радио вы сказали: «Никакой кризис не отменит корпоратив в PMI». С чем это связано? Насколько важно проводить мероприятия внутри компании?

Event’ы в PMI есть, их никто не отменял, хотя размах уже не тот. Корпоратив — отличный повод собрать людей вместе, поощрить, дать возможность почувствовать себя частью компании. К тому же людям важно, чтобы руководитель лично подошел к ним, поговорил, поблагодарил.

Современная концертная индустрии: в чем сила и каковы прогнозы?

Потенциал большой, но уровень развития у нас подростковый. Каждый день мы учимся, как делать это, как работает то. Пробелов очень много, взять хотя бы райдеры наших звезд. Райдер по толщине должен быть как Библия, он и является главным фундаментом в организации концерта. Для наших звезд райдер — листок А4 с обязательным предоставлением виски, машины белого цвета и пульта такой-то марки. Но все-таки качественный продукт на рынке есть, и зритель его получает на концертах Киркорова, Земфиры и «Ленинграда».

Если бы у вас был выбор сменить профессию, что бы выбрали?

Я абсолютно доволен тем, чем занимаюсь. Когда-то я уже ушел от одной профессии и пришел к этой. Хотя, если честно, мне не важен род занятий. Я — руководитель. Поставьте меня отвечать за концертный зал или назначьте на должность вице-губернатора — я справлюсь с любой задачей.

Самое важное — не имитировать кипящую деятельность, а видеть собственный результат. Своими результатами доволен и точно знаю: я здесь не случайно!

Локация: PMI bar

Интервью: Анастасия Маскаева

Фотограф: Валентин Блох

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ В РУБРИКЕ portrait

Я с детства хотел продавать мечты

Андрей Насоновский, основатель Агентства по проведению церемоний (ранее — beProactive)

Вся наша жизнь — построение связей

Гил Петерсил — коуч нетворкинг-мастерства № 1, основатель пятнадцати бизнесов в России, в том числе MeetPartners, а также приглашенный преподаватель московской школы бизнеса «Сколково»

Клише — лишь оправдание, когда тебе нечего сказать

Пол Гасконе, креативный директор группы Momentum Worldwide