Кто ты?

Франко Драгоне, бельгийский театральный режиссер, постановщик Cirque du Soleil

Франко Драгоне — итальянский театральный режиссер, живет в Бельгии. Франко Драгоне отвечал за все представления Cirque du Soleil 1985-1998гг. Во многом благодаря ему и возникло непревзойденное сочетание театра и цирка, ставшее визитной карточкой этой труппы. В 2000-м Франко организовал собственную компанию Dragone и с тех пор создал более 20 масштабных шоу по всему миру. Самые известные из них — Le Reve (2005, Лас-Вегас), The House of Dancing Water (2010, Макао) и Paris Merveilles (2015, Париж). На сегодняшний день Франко Драгоне считается одним из самых известных режиссеров, занимающихся постановкой шоу и театральных представлений.

А эксклюзивном интервью журналу Live Франко раскрывает секреты режиссерского ремесла, делится практическими инструментами поиска идей, которые не только поражают зрителей, но и меняют его отношение к окружающему миру и представляет саму суть постановку событий, как большое искусство.

 

БЛИЦОПРОС

Имя и должность?

Франко Драгоне, артист.

Каково ваше самое яркое воспоминание?

Отъезд из деревушки Каирано, что в Южной Италии, вслед за родителями. Эмиграция в Бельгию.

Какие события изменили вашу жизнь?

Открытие для себя театра.

Если бы у вас была возможность выбрать профессию заново, какую бы вы выбрали и почему?

Если бы у меня был шанс начать все заново, уже зная, чего я достиг, то я бы попробовал что-нибудь совсем другое. Но, полагаю, эта профессия все равно была бы связана с искусством.

Вы сожалеете о чем-то произошедшем в вашей жизни?

Терпеть не могу сожалеть о чем-то.

Кем вы видите себя через 15 лет и чем бы вам хотелось заниматься в этот момент?

Я хотел бы быть моложе, чем сейчас. И помогать делать мир менее агрессивным.

От чего вы никогда не откажетесь?

От встреч с новыми людьми, становящимися друзьями.

Чего бы вы по-настоящему хотели в жизни?

Чтобы слово «человечность» обрело реальный смысл.

Чего вы больше всего боитесь?

Что мир так и не свернет с пути к самоубийству.

Какие собственные черты вы бы хотели видеть в своих детях?

Волю и силы для создания лучшего и красивого мира.

Как началась ваша артистическая карьера? В какой момент вы осознали свое место и предназначение в мире?

Моя «артистическая карьера» началась без малейших предположений, что она может быть карьерой. В ранние годы театр помог мне сохранить разумность и не превратиться в дурака или хулигана. Первый сценический опыт был, мягко говоря, захватывающим. Я понял, что театр — это искусство, причем искусство в первую очередь предназначенное для простых людей. Сейчас я уже не актер, так что физически мое место не на сцене. Но, находясь в тени, я вывожу под софиты других актеров и артистов. Я пытаюсь подарить как можно большей аудитории разные красочные и интересные ощущения.

Мы живем в мире, полном конфликтов. Какое место в этом мире занимает ваше искусство?

Вы правы, мир сейчас более разделен и полон конфликтов, чем когда бы то ни было. Я делаю шоу по всему свету, так как верю, что различия между культурами являются источниками, за счет которых эти могут взаимно обогатиться. Никому не стоит считать, что его представления о добре, зле или красоте единственно верные. Надо уметь смотреть глубже и видеть мир в разных ракурсах.

Чехов в пьесе «Чайка» выразил идею «мировой души». Как вы думаете, существует ли такая душа у вашей аудитории? Что вы вообще думаете о публике, когда создаете свои представления?

Мировая душа — это еще одно определение человечества и человечности. Независимо от того, где вы родились или живете, у нас у всех есть способность к сопереживанию — способность попытаться представить себя на месте другого человека, пусть даже плохого. Надеюсь, во время моих представлений это чувство возникает у каждого. Моя аудитория сопереживает артистам, становится более человечной, открытой миру, начинает видеть себя с лучшей стороны. Удивительно то, что это часто обескураживает людей. Да-да, они сами поражаются тому, сколько душевной доброты в них скрыто.

В театре существует концепция зерна роли или зерна спектакля. В ваших постановках есть это зерно, из которого для зрителя растет и развивается представление?

В каждой постановке множество этих зерен, даже если в ней есть отдельная красная нить — некое повествование, на которое опираются все сцены. Изредка, когда я пересекаюсь взглядами с людьми, выходящими с представления, я понимаю что я сделал. Я чувствую их эмоции. Важно видеть людей, выходящих из зала. Я всегда понимаю что необходимо добавить, а что убрать. Будь то страх, воодушевлённость или любовь — каждый спектакль должен вызывать особые эмоции, через которые проще донести ту или иную идею.

Мой язык не настолько уж отличается от языка Софокла, ему присущи все те же образцы, к которым человечество пришло тысячи лет назад. Искусство не прогрессирует, просто время от времени появляются или исчезают его отдельные признаки. Сценические эфекты обретают различные формы, но транслируют все те же эмоции — любовь, ненависть, страх, раскаяние. Наша жизнь — это драма, отношения с жизнью — драма, сцена — драма. Вопрос как кто видит связь, историю своих взаимоотношений с этим миром, и в каком ракурсе нам эту драму показывают со сцены.

Франко Драгоне

Был ли у вас наставник?

У меня было много наставников, и я до сих пор учусь на работах других режиссеров. Всего несколько имен: Эудженио Барба, Ариана Мнушкина, Питер Брук.

О ваших представлениях пишут, что это одновременно цирк и спектакль. Но, на мой взгляд, они не являются ни тем и ни другим. Чем же тогда?

Как вы сказали, и не цирк, и не спектакль. Мы могли бы назвать это живым представлением или похожим термином. Здесь важно сочетание множества разных подходов и исполнителей, пришедших из разных миров. В моих шоу вы можете обнаружить одновременно оперу и танец, театр и цирк, спорт и видео, историю и легенды, мифы и озарения. Это эклектика искусства. У него нет точного названия. Обычно названия возникают после какого-то явления, его дают будущие историки. Прошлое всегда понятнее настоящего, потому что оно всегда субъективно. А настоящее живо. Так что сейчас не имеет смысла задумываться о терминах.

Выражение «стилизация» некогда приобрело большое значение. В нем заключалась и фантазия, и создание новой реальности. Ваши представления могут считаться стилизацией или носителями ее элементов?

«Стилизация» — звучит несколько поверхностно. Когда я начинаю создавать что-то в театре, то у меня под рукой уже полно заметок, идей о визуальных элементах, сценарий. Но все, что было подготовлено заранее, может полететь в корзину, если я увижу, что на сцене происходит нечто более интересное и насыщенное. Меня вдохновляет именно сцена.

Многие говорят, что сейчас мы живем во времена «постдраматическ ого театра». Вы согласны с такой теорией? И что для вас важнее в этом контексте — содержание, язык искусства, сценические эффекты?

Я не понимаю эту теорию. Все равно что сказать: «Наша жизнь является постжизнью». Жизнь и время — сами по себе драма, во всех смыслах слова. Человеку требуется порядок посреди хаоса реальности и связность событий, в нем происходящих. Художественные произведения и драматургия играют в этом важную роль. Мой язык не настолько уж отличается от языка Софокла, ему присущи все те же образцы, к которым человечество пришло тысячи лет назад. Искусство не прогрессирует, просто время от времени появляются или исчезают его отдельные признаки. Сценические эфекты обретают различные формы, но транслируют все те же эмоции — любовь, ненависть, страх, раскаяние. Наша жизнь — это драма, отношения с жизнью — драма, сцена — драма. Вопрос как кто видит связь, историю своих взаимоотношений с этим миром и в каком ракурсе нам эту драму показывают со сцены.

Жизнь и время — сами по себе драма, во всех смыслах слова.

Франко Драгоне

В таком случае, у Вас должны быть совершенно особенные артисты или методика работы с ними.. Какие актеры и исполнители вам наиболее интересны? Должны ли они быть актерами в театральном смысле слова или важнее какие-то другие навыки — вокальные, физические?

Я всегда задаю людям, с которыми работаю, очень простой вопрос: «Скажи мне, кто ты?» И я не жду ответа «я акробат» или «я танцор» — это всего лишь занятие. Но мне нужно нечто большее. Я ищу нестандартные души. Такие, что могут набраться храбрости и поделиться с другими людьми своими внутренними исканиями через игру на сцене, музыку, танец. Другими словами, я не режиссер, просто работающий с актерами. Я — творец, работающий с акробатами, танцорами, музыкантами, которые через долгий и тяжкий процесс поиска себя становятся артистами. Человек – это тонкий механизм, сосредоточение эмоций и мыслей. Только те люди, которые понимают себя и знают себя достаточно, могут быть артистами. Потому что только они могут так рассмотреть других людей, чтобы воздействовать на аудиторию со сцены. Сделать что-то ради чего-то.

С одной стороны, понятие event несет в себе деловой смысл, с другой — оно оказывается близким и к современной культурной жизни. Где грань между культурой и бизнесом?

Успех не противоречит искусству. Я всегда хотел быть популярным, но в то же время не впадать в упрощения. Используя искусство только для того, чтобы заработать, вы предаете его. Но если вы создаете что-то от души, а ваши работы доходят до множества людей — и, стало быть, достигают определенной бизнес-цели, — то они обогащают и культурную жизнь, и людей. Они придают искусству новых сил и заодно создают рабочие места, что также очень и очень важно. Так, наверное, скажут вам многие. Но никто и никогда в искусстве не становился популярным ставя заработок во главе угла. Даже если вы делаете что-то массовое, это не означает, что там нет искусства. Да, может быть сценические эффекты будут менее тонкими, а речи более пафосными, но сила представления не только в его эффектности, но еще в душевной организации. Спросите себя кто вы и что вам нужно сделать. Подумайте какие эмоции от зала вам нужны, чтобы подобраться к желаемой цели и действуйте через себя. Мы всегда все должны делать через себя, иначе успех нам не грозит.

Но никто и никогда в искусстве не становился популярным ставя заработок во главе угла.

Франко Драгоне

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ В РУБРИКЕ portrait

Я с детства хотел продавать мечты

Андрей Насоновский, основатель Агентства по проведению церемоний (ранее — beProactive)

Мне важно будоражить публику

Игорь Яковлевич Крутой, композитор, продюсер, народный артист России, президент компании «АРС»

Русские порой не опытны, но совершенно бесстрашны

Данило Ланге, генеральный директор Louder и Serviceplan, Россия