Мы продаем не железки, а мозги и идеи людей 

Кирилл Косенко, основатель и генеральный директор BURO 3K

БЛИЦОПРОС

Имя и должность

Косенко Кирилл, основатель и генеральный директор BURO 3K.

Какое событие изменило вашу жизнь?

Мое рождение. Хотя скорее это событие изменило жизнь моих родителей и старшей сестры.

Чего вы боитесь больше всего?

Я бы не сказал, что боюсь чего-то. Бояться — значит проявить слабость. Но я бы не хотел, чтобы некоторые события происходили. Например, война. В остальном бояться — это бессмысленно.

Ваше самое яркое воспоминание?

Рождение детей.

Что вас вдохновляет?

Источников вдохновения множество: событие, путешествие, а иногда человек.

Если бы у вас была возможность выбрать профессию заново, то что бы вы предпочли?

Убежден, что человек внутренне создан для той или иной профессии. Я предпочел бы любую деятельность, которой мог бы отдаваться с тем же усердием, что и сейчас. Иначе тебя ждет учесть, когда ты включаешь обратный отсчет сразу после начала работы.

Чего вы бы хотели от жизни в данный момент? Чего у вас еще нет?

Я бы хотел иметь больше свободного времени, чтобы играть в хоккей не два раз в неделю, а семь.

Какие собственные черты вы хотели бы видеть в своих детях?

Буду счастлив, если они найдут в себе смелость быть своеобразными и индивидуальными. От себя я бы хотел передать им разве что доброту и честность.

Опишите себя тремя словами.

Перфекционист, экспериментатор, экстраверт.

Кирилл, если изучать твою биографию, то путь к нынешнему статусу продюсера не выглядит очевидным. С 6-7 лет твоя жизнь была буквально повенчана с музыкой. Насколько значимой для тебя была эта часть жизни, и почему пришлось сойти с тропы? Стечение обстоятельств или поворот судьбы?

И то, и другое. Судьба - это всегда наше решение. Моя музыкальная история, одна из длинных историй в моей биографии, началась в 5 лет, когда поступил в музыкальную школу. Изучение музыки меня привлекло и затянуло: повзрослев, я вместе с несколькими одноклассниками создал рок-группу. Играя на гитаре и клавишных я очень много времени уделял изучению техники и технологий, что выходило далеко за рамки школьной программы, которая полагалась будущим музыкантам. Я погрузился в музыкальный мир с технической стороны: начал изучать звуковой пульт, устройство колонок, усилителей, паял, собирал. Изучение музыки и технологий привели меня к звукорежиссуре.

Сказка всегда ассоциируется с книгой, которая стоит на полке и ждет, когда ее раскроют. Задача технического продюсера воплотить в жизнь любую фантазию, используя вместо магии вполне реальные технологии.

Звукорежиссура музыкальных коллективов - отдельная глава в твоей карьере. Ты работал с самыми известными исполнителями. Кто был первым, и насколько импонировала тебе роль своеобразного "дирижера"?

Пока я учился в школе, то всегда считал, что настоящая работа звукорежиссера в студии, а совсем не на концертах. Но начав практиковать концертную звукорежиссуру, понял то особое состояние, когда перед тобой огромная аудитория, которая передает тебе самую светлую и мощную энергетику, которую только можно себе представить. Самым первым артистом, с которым я работал как звукорежиссер, был Леонид Федоров. Позже, работа на фестивалях свела меня с Олегом Нестеровым с Михаилом Габолаевым - они невероятно душевные люди. Редко встретишь музыкантов, которые не только талантливо выступают, но и обладают сильнейшей энергетикой. Благодаря Олегу и Михаилу я познакомился с Найком Борзовым, с которым мы провели не один год вместе и на сцене, и в студии. Но самым интересным периодом стала работа с "Моральным кодексом". К тому моменту в России они были одним из лучших коллективов в рок-индустрии. То, что они делали тогда и продолжают делать сейчас, - невероятно и заслуживает уважения. Для меня как для звукорежиссера это был колоссальный опыт. Но главное- я получал огромное удовольствие от работы, потому как имея в руках инструмент подобный "Моральному Кодексу" мог делать со звуком то, что хотел.

Звукорежиссер - полноценный участник группы, но все-таки он всегда стоит за кулисами, вдали от основного действа. Никогда не хотелось все-таки самому попасть под свет софитов?

Для меня важнее всего находиться внутри музыки. Каждый раз, стоя за пультом, я как будто был на сцене.
Самая большая ошибка людей в восприятии звукорежиссера - это образ человека с паяльником, который говорит на языке микросхем и в совершенстве владеет основами электроакустики. На этом понимание роли звукорежиссера у многих заканчивается. Но именно этот человек, как вы верно заметили, руководит процессом, собирает все инструменты и музыкантов в единую картинку. Звукорежиссер - это дирижер.

Твоя работа с «Моральным кодексом» пришлась на пик популярности группы. Сергей Мазаев как-то даже назвал тебя «лучшими ушами Москвы». Почему, несмотря на популярность и творческий взлет, ты спустя время принял решение покинуть музыку?

Музыку я не покинул, просто мне стало тесно в рамках работы только со звуком. Сотрудничая с группой, ты дирижируешь только этими людьми и их инструментами. Но существует еще множество деталей: свет, сценические конструкции, видеооборудование и так далее. По образованию я дирижер хора и точно знаю: когда в твоем распоряжении есть любой инструмент и тембр, то результат способен впечатлить даже самого взыскательного слушателя. Мне захотелось владеть всей палитрой. Я не покинул музыку, я просто шагнул вперед.

Надо сказать, что шаг был гулливеровский. Сегодня ты продюсер, успешно реализующий яркие проекты. Справедливо ли сказать, что в этой роли ты почувствовал необходимую творческую свободу, которая позволила реализовывать задуманное?

Вполне. В качестве технического продюсера проекта я владею всеми возможными инструментами, создаю свой «оркестр» и экспериментирую сколько душе угодно. Чистое творчество! Одновременно, решая конкретные задачи, я перевоплощаюсь в руководителя и принимаю необходимые управленческие решения. Единственные рамки — это сила притяжения земли и 24 часа в сутках.

Самая большая ошибка людей в восприятии звукорежиссера - это образ человека с паяльником, который говорит на языке микросхем и в совершенстве владеет основами электроакустики.

Какие проекты захватывают тебя больше остальных? По какому принципу выбираешь включаться или нет в новую историю?

Меня вдохновляют проекты, которые несут в себе смысл и яркие эмоции. Если вы не хотите работать над какой-то идеей, то ничего продуктивного из этого в итоге и не выйдет. Мне импонируют все проекты, в которых я так или иначе участвовал.

Среди последних ярких проектов в твоем портфолио фестиваль «Вдохновение» и «Щелкунчик» Евгения Плющенко. Как эти проекты пришли к тебе, и чем каждый из них стал для тебя? Проекты, как известно, имеют свойство оставлять свой отпечаток не только в опыте, но и в душе…

Все проекты приходили по рекомендации. История «Щелкунчика» интересна, потому что такого шоу не было в принципе. Все привыкли, что спортсмены выполняют поддержки, прыжки и танцы на льду. Но Яна и Женя собрали уникальную для нашего рынка команду, которая смогла синтезировать технологии и фигурное катание и погрузить зрителей в мир сказки.

Идея ВДНХ оживить инсталляции мне тоже понравилась. В этом году креативным директором проекта стал Жюльен Павийяр— француз, который 10 лет делал «Фестиваль Света» в Лионе. Во Франции с трепетом подходят к деталям: мы переделали всю планировку инсталляций, чтобы максимально точно вписаться в реальный ландшафт. Пришлось задействовать трех технических директоров из нашей команды – настолько проект оказался сложным с инженерной точки зрения. А для себя я сделал вывод, что работа с пространством — это целое искусство, поэтому пошел учиться на архитектора.

Какие идеи в этих проектах были реализованы с твоей подачи?

Многие технические решения фестиваля «Вдохновение» — это работа моей команды. Идея для интерактивной зоны тоже была наша. Ее посетители нажимали на одну из 15 кнопок специальной панели, отчего запускались световые, звуковые и проекционные эффекты. И вокруг гостя оживал персональный "волшебный лес».

В «Щелкунчике» я придумал и предложил декорацию в виде раскрытой книги и переплетов. Сказка всегда ассоциируется с книгой, которая стоит на полке и ждет, когда ее раскроют. Задача технического продюсера воплотить в жизнь любую фантазию, используя вместо магии вполне реальные технологии.

Реализация проектов идет бок о бок с форс-мажорами, о которых, делая поправку на ветер, помнят все организаторы. Случались ли они в рамках вышеперечисленных проектов и как работаете в ситуации SOS?

Форс-мажоры не случаются только там, где ничего не делают. В такие моменты не надо выяснять, кто виноват, надо принимать решения и делать это молниеносно.

Ярких форс-мажоров, подобных хрестоматийному уже нераскрытому кольцу на Олимпиаде, в работе над последними проектами не было. Во время подготовки «Щелкунчика» просто выяснилось, что в далекие 80-е построили «Олимпийский» несимметрично. Из-за этого в течении нескольких часов пришлось сделать перерасчет всех подвесов на потолке, которых было более 100 штук. А во время подготовки шоу в Петербурге у нас отключилось электричество — выбило местный автомат. Но это рабочие вопросы, которые легко и быстро решаются. Если бы метеорит упал на город, тогда пришлось бы поработать.

Ты определенно человек стрессоустойчивый. Про Олимпиаду в Сочи говорить не будем, так как ее уже даже ленивый разобрал вдоль и поперек, но нераскрытое кольцо — свидетельство того, что люди, работающие за кулисами события такого масштаба, к форс-мажорам относятся с улыбкой, хоть и нервной. В чем секрет выдержки?

Опыт и профессионализм позволяют подготовиться к тому, что произойти может все, что угодно. Ты словно пожарный или врач-травматолог. Кто-то в себе это тренирует, а для кого-то олимпийское спокойствие — естественное состояние души. Если вы ждете от меня секретное упражнение, волшебную мантру или адрес с курсами по стрессоустоойчивости, то увы, таких нет. Поэтому люди, которые не готовы к неожиданностям, в нашей профессии не задерживаются. Задача каждого быть спокойным. И самым главным источником спокойствия должен быть продюсер. Для меня это золотое правило.

Российские специалисты удивляют зарубежных коллег сегодня тем, что в принципе существуют и работают на том же уровне, что и они.

Секреты управления от Кирилла Косенко…

Да это и не секреты вовсе. 

В чем уникальность компании BURO 3K, учитывая, что у руля стоит человек с огромным портфолио, опытом и в принципе страстью к своему делу? Как успешно выйти на высококонкурентный рынок?

Первое: мы продаем не железки, а мозги и идеи людей. Поэтому главное для нас – это уникальные способности и опыт нашей команды.

Второе: мы работаем в двух сегментах рынка. Первый - техническое сопровождение масштабных мероприятий, второй – проектирование и оснащение технической инфраструктурой постоянных объектов. Мы знаем и как сделать голограмму или трехмерную проекцию на фестивале, и как правильно оснастить концертный зал звуком, светом, проекционным экраном. Это две разные экспертизы, и другой компании, которая бы обладала обеими, кроме нас на рынке нет. Мы постоянно анализируем и накапливаем опыт эксплуатации и учитываем его, создавая новые объекты.

Ты не раз работал с зарубежными коллегами. Чем на сегодня тебя лично впечатляет их работа и в чем российские специалисты опережают зарубежных профессионалов? Можешь поделиться кратким срезом обстановки?

Российские специалисты удивляют зарубежных коллег сегодня тем, что в принципе существуют и работают на том же уровне, что и они. Высоко ценится за рубежом нестандартность нашего мышления. К большому сожалению, стереотип о том, что у нас до сих пор ходят медведи по улицам, жив, а это тормозит процесс коммуникации и серьезное отношение коллег к нам. С точки зрения технологий мы практически не отстаем от них. Создание же новых технологий стоит дорого, здесь ресурсов у нас гораздо меньше. 

Твоя работа — быть на одной волне с технологиями. Легко ли дается это в век их стремительного развития?

С точки зрения работы — да, с точки зрения бытовых вопросов — я старомоден. Чувствую колоссальную разницу между мной и новым поколением. У меня обостренная ценность живого общения, поэтому в социальных сетях у меня нет аккаунтов. Я уверен, что лучше один раз позвонить, чем 30 минут переписываться. Не хочу сказать, что то, как живут дети сейчас — это плохо или хорошо. Это просто эволюция, и каждый сам решает, как к ней относиться.

В индустрии бытуем мнение, что ты в принципе не спишь, так всегда на связи работаешь по 48 часов в сутки. Как удается ли совмещать жизнь бизнесмена, мужа и отца? Существует ли баланс?

Я жуткий трудоголик, и мне не хватает общения с любимыми. Секрет баланса пока не раскрыт, но я работаю над этим.

Ты хоть раз перегорал к делу?

Перегорает вольфрамовая нить в лампе накаливания… Если серьезно, то сложно перегореть, если живёшь каждым проектом. 

Это страсть к профессии или перфекционизм?

Боюсь, что на этот вопрос может ответить только психолог.

Ты работал и на Олимпиаде, и на Евровидении. Есть ли проект, который еще не обведен красным в твоем портфолио?

Скорее всего, это Super Bowl из не пройденного и Burning man. Есть много интересных проектов в мире, в которых хотел бы поучаствовать. Но больше всего хочу создать событие, которое стало бы знаковым для рынка и люди гордились тем, что работали на таком проекте.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ В РУБРИКЕ live-talk

Музыкальный бизнес как попытка прыгнуть из Средневековья

Кирилл Джам, менеджер Swanky Tunes, основатель лейбла Effective Records

Хотели как лучше, получилось как всегда

Рольф Швери, основатель и исполнительный директор Schwery Consulting

Я не знаю, что такое вдохновение

Алексей Вигуро, арт-директор Live Communication Magazine